Bookbot

Husitský král I.

Boekbeoordeling

Meer over het boek

Роман Ярослава Гирасека «Гуситский король» является выдающимся произведением чешской исторической литературы. Несмотря на распространенные предвзятости, что Гирасек идеализировал Георга из Подебрад, он изображает его как прагматичного, жесткого и на самом деле не слишком успешного правителя. Автор жестко критикует его за брутальное подавление Чешских братьев и предкоронационный обет, что он будет подавлять любую веру, кроме подобоий. Эта критика проявляется в создании выдающегося комико-трагического персонажа дворового шута Палеčka, тайного сторонника Чешских братьев, и в изображении полного краха политики Георга. Он не прощает Георгу даже попыток договориться как с немецким императором, так и с папой. Тем не менее, Гирасек способен понять Георга и верит, что его усилия были искренними, а вера — честной.

Een boek kopen

Husitský král I., Alois Jirásek

Taal
Jaar van publicatie
1933
product-detail.submit-box.info.binding
(Hardcover)
Zodra we het ontdekt hebben, sturen we een e-mail.

Betaalmethoden

4,1
Zeer goed
27 Beoordelingen

We missen je recensie hier.

Titel
Husitský král I.
Taal
Russisch
Uitgever
J. Otto
Jaar van publicatie
1933
Formaat
Hardcover
Reeks
Beoordeling
4,05 van 5
Aantekening
Роман Ярослава Гирасека «Гуситский король» является выдающимся произведением чешской исторической литературы. Несмотря на распространенные предвзятости, что Гирасек идеализировал Георга из Подебрад, он изображает его как прагматичного, жесткого и на самом деле не слишком успешного правителя. Автор жестко критикует его за брутальное подавление Чешских братьев и предкоронационный обет, что он будет подавлять любую веру, кроме подобоий. Эта критика проявляется в создании выдающегося комико-трагического персонажа дворового шута Палеčka, тайного сторонника Чешских братьев, и в изображении полного краха политики Георга. Он не прощает Георгу даже попыток договориться как с немецким императором, так и с папой. Тем не менее, Гирасек способен понять Георга и верит, что его усилия были искренними, а вера — честной.