Bookbot

Тридцать пятый и другие годы

Boekbeoordeling

Meer over het boek

Продолжение романа «Дети Арбата». В 1987 году Михаил Горбачёв произнёс слова: «Не должно быть забытых имен и белых пятен в советской истории». В своей магистралной работе, которая благодаря перестройке смогла выйти после двадцати лет, Анатолий Рыбаков описал советское общество 1933-1934 годов во всех его слоях: коммунистическую студенческую среду, жизнь в сибирской ссылке, бюрократию и партийную верхушку. «1935 и следующие годы» — это следующая часть его картины России под Сталиным. Это годы, когда массово проводятся процессы против всех, кого он подозревал в оппозиции. Рыбаков изнутри описывает допросы, фабрикацию «доказательств» и сами процессы, которые чаще всего заканчиваются смертным приговором. Писатель вновь вживается в образ Сталина, чье параноидальное мышление он с тревожной точностью реконструирует. Кроме того, он рисует жестокую борьбу за существование в Москве и Сибири.

Een boek kopen

Тридцать пятый и другие годы, Anatolij Rybakov

Taal
Jaar van publicatie
1989
product-detail.submit-box.info.binding
(Hardcover),
Staat van het boek
Beschadigd
Prijs
€ 6,76

Betaalmethoden

4,3
Zeer goed
101 Beoordelingen

We missen je recensie hier.

Taal
Russisch
Jaar van publicatie
1989
Formaat
Hardcover
Aantal pagina's
350
ISBN10
5265010033
ISBN13
9785265010032
Eerste editie
1988
Oorspronkelijke titel
Тридцать пятый и другие годы (Tridcať pjatyj i drugije gody)
Beoordeling
4,3 van 5
Aantekening
Продолжение романа «Дети Арбата». В 1987 году Михаил Горбачёв произнёс слова: «Не должно быть забытых имен и белых пятен в советской истории». В своей магистралной работе, которая благодаря перестройке смогла выйти после двадцати лет, Анатолий Рыбаков описал советское общество 1933-1934 годов во всех его слоях: коммунистическую студенческую среду, жизнь в сибирской ссылке, бюрократию и партийную верхушку. «1935 и следующие годы» — это следующая часть его картины России под Сталиным. Это годы, когда массово проводятся процессы против всех, кого он подозревал в оппозиции. Рыбаков изнутри описывает допросы, фабрикацию «доказательств» и сами процессы, которые чаще всего заканчиваются смертным приговором. Писатель вновь вживается в образ Сталина, чье параноидальное мышление он с тревожной точностью реконструирует. Кроме того, он рисует жестокую борьбу за существование в Москве и Сибири.